Несколько хидушей

Рассуждая о прошлой недельной главе, понял, что чувствовал Моше, когда в первой главе Бемидбар получил от Бога повеление пересчитать народ. Ему было велено пересчитать 12 колен - считая Эфраима и Менаше как отдельные колена, а левитов отдельно сказано не пересчитывать в общем числе. А ведь, как пишет Раши, "кого любят, того считают". А кого не считают...
И начал Моше переживать: за что Бог не любит левитов - моё родное колено? Не за то ли, что мой предок жителей Шхема перебил и Яаков его ругал перед смертью? Не начало ли осуществляться "разделю их в Яакове и рассею во Исраэле?" А мы к тому же год назад в заварушке с тельцом кучу народа покоцали... Из благородной ревности, конечно, но всё же покоцали!
И сидел Моше и терзался до самой третьей главы, где ему повелели пересчитать левитов отдельно. Причём не как всех - с двадцати лет начиная, а с месячного возраста. То есть не работоспособных и не боеспособных, а жизнеспособных. Вы, дескать, важны Мне не как рабсила, а сами по себе, как личности и индивидуальности. А почему? Потому что נתונים נתונים - вы "крепостные Скинии", вечные рабы Святыни. За это Я вас и люблю.

А в Шавуот читали известную сиху Ребе о "бар-мецара" (потрясающая сиха) и стали рассуждать о её конце:
"И в этой работе [человека] присутствует аспект новизны – сделать из «сущего» «ничто». Источником этого является сущность Всевышнего, который единственный, кто может творить (т.е. обновлять) сущее из ничего, и он же дает силу сделать из сущего ничто".
И подумалось нам (точнее, tehnomage, что эти слова Протагор переформулировал бы следующим образом: "Человек есть мера всех вещей - существующих в том, что они не существуют, и не существующих в том, что они существуют".