![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
nomen_nescioР.Аѓарон Лихтенштейн, благословенной памяти, очень ценил комментарий Рамбана к Торе. Он говорил: "Если бы до нас не дошёл "Путеводитель заблудших" - иудаизм это пережил бы. Но если бы не дошёл комментарий Рамбана - это была бы катастрофа". "Если вы не учите Рамбана к Торе, у вас зияющая дыра в образовании и в методике познания".
Потому что Рамбан - это синтез. Который по счёту - пятый?
Первый синтез еврейство прошло в Вавилоне, именно оттуда мы принесли идеи, лёгшие в основу современного иудаизма. Личная ответственность, община, молитва, посмертное воздаяние, текстоцентризм...
Второй синтез - в эллинистическом мире, когда в его атмосфере у евреев появилась герменевтика текста и кодификация законов.
Третий - Сеадья-гаон в исламском мире, когда возникла еврейская философия, а также стремление понять простой смысл и грамматику Писания.
Четвёртый синтез осуществил Ибн Эзра, написавший свой комментарий как антологию мнений как караимских, так и раббанитских мудрецов о грамматике и простом смысле Писания (при том, что с караимами он постоянно спорил о галахе, но там, где они говорили дело о простом смысле, он их уважал и мнения их приводил).
И наконец, пятый синтез - Рамбан. Он соединил ашкеназскую и сефардскую традицию. Он свёл воедино таких разных людей, как Раши, Ибн Эзра и Рамбам. Он включил в комментарий к Пятикнижию психологию, теологию, этику, историософию, каббалу. Читая его комментарий, на каждом шагу ловишь себя на мысли: "Это же основа основ! Так вот кто это первым сказал!"
В этой связи понятен ответ р.Лихтенштейна. Его спросили: Вот Вы - знающий рав, глава ешивы. А что Вам дал докторат с отличием, который Вы получили в Гарварде по поэзии Мильтона? И рав ответил: "Привычку к многосторонности".
Потому что Рамбан - это синтез. Который по счёту - пятый?
Первый синтез еврейство прошло в Вавилоне, именно оттуда мы принесли идеи, лёгшие в основу современного иудаизма. Личная ответственность, община, молитва, посмертное воздаяние, текстоцентризм...
Второй синтез - в эллинистическом мире, когда в его атмосфере у евреев появилась герменевтика текста и кодификация законов.
Третий - Сеадья-гаон в исламском мире, когда возникла еврейская философия, а также стремление понять простой смысл и грамматику Писания.
Четвёртый синтез осуществил Ибн Эзра, написавший свой комментарий как антологию мнений как караимских, так и раббанитских мудрецов о грамматике и простом смысле Писания (при том, что с караимами он постоянно спорил о галахе, но там, где они говорили дело о простом смысле, он их уважал и мнения их приводил).
И наконец, пятый синтез - Рамбан. Он соединил ашкеназскую и сефардскую традицию. Он свёл воедино таких разных людей, как Раши, Ибн Эзра и Рамбам. Он включил в комментарий к Пятикнижию психологию, теологию, этику, историософию, каббалу. Читая его комментарий, на каждом шагу ловишь себя на мысли: "Это же основа основ! Так вот кто это первым сказал!"
В этой связи понятен ответ р.Лихтенштейна. Его спросили: Вот Вы - знающий рав, глава ешивы. А что Вам дал докторат с отличием, который Вы получили в Гарварде по поэзии Мильтона? И рав ответил: "Привычку к многосторонности".
