Реформисты о себе - 1
Sep. 11th, 2008 11:24 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
nomen_nescioИз книги «КТО ЯВЛЯЕТСЯ ЕВРЕЕМ» р. Яакова Иммануэля Шохета
Гюнтер Плаут – бывший президент CCAR, крупный историк, ученый и представитель реформистского движения, принадлежащий к его умеренному, правоцентристскому (если не правому) спектру. Согласно Плауту, «среднестатистический еврей-реформист, так же как среднестатистический реформистский раввин, рассматривает любое упоминание Ѓалахи или ее эквивалента как выражение ортодоксальности или консерватизма…».
Плаут последовательно утверждает, что реформистское движение должно иметь некоторые нормативы, определенный «кодекс», регулирующий религиозную практику и касающийся избранных мицвот, обычаев и ритуалов. Но он тут же оговаривается, что любой подобный «кодекс» или «руководство» «должны в первую очередь строиться на фундаментальном принципе либерализма: чтобы индивидуум подходил ко всему комплексу мицвот и минѓагим [обычаи – прим. переводчика] в духе свободы и свободы выбора. Традиционно считается, что Израиль начал отсчет своей истории с харут – заповедей, высеченных на скрижалях, и это слово позже стало ассоциироваться со свободой [В Талмуде (Пиркей Авот, 6:2) сказано: "Прочитай слово "харут" как “херут” ("свобода")]. Реформистский еврей начинает с херут – свободы решать, что будет высечено на личных скрижалях его жизни». Плаут осознает, что либеральная анархия реформизма означает, что традиционные евреи «и члены команды корабля реформистских общин больше не говорят на одном и том же языке».
«Невозможно избежать ощущения, что реформистский иудаизм в его современной неѓалахической и даже антиѓалахической форме не содержит ключа к будущему всего еврейского народа. Если движение не сделает решительный разворот от своей постклассической радикальной позиции, его критики действительно могу оказаться правы: у него нет будущего…
Без возрождения ѓалахической составляющей реформистский иудаизм растворится в мелководье эйнхорновского этицизма. [Давид Эйнхорн (1809– 1879) – реформистский раввин, теолог, страстный сторонник идей реформизма. Отрицал значение для иудаизма и еврейского народа. Переехав в США, стал признанным лидером радикального течения в реформизме]. Даже если мы не будем заходить так далеко, как это сделал зять Эйнхорна Эмил Херш, убравший Сефер Тору из ковчега, то мы все равно приложим руку к хирургической операции по удалению самого сердца еврейского народа».
«Традиционная триада “Б г, Израиль и Тора” больше не работает в качестве базиса либерального консенсуса.
Что касается Торы, первые либералы исключили из нее Устный закон, а последующие – сократили ее почти до символического атрибута службы из-за того, что библейская критика способствовала эклектизму. Что касается Б га, реформистские евреи продолжают формальное прославление Его существования, но, когда дело доходит до нравственных или практических заповедей, в основном не признают за Ним непреодолимой силы. Сами заповеди были позже сокращены вследствие релятивизма и общей неспособности нашего движения понять «требование Б га» как нечто большее, чем философское понятие.
Кроме того, возможно, не будет ошибкой сказать, что все возрастающее число реформистских евреев вовсе не верит в Б га; многие из них не возьмутся отрицать Его существование, но просто откажутся всерьез принимать Его как силу, подчиняющую себе их жизнь. У меня нет точной статистики на этот счет, но я не удивлюсь, если выяснится, что более 50% всех реформистских евреев могут быть отнесены к деистам, если не к откровенным агностикам или даже атеистам. По этой причине, вызывающей мои глубочайшие сожаления, я полагаю жизненно важным разработать основу Ѓалахи, охватывающей эти важнейшие сегменты еврейского общества…».
С этим новым «иудаизмом, не связанным ни с Торой, и с Б гом», Плаут и его движение прошли полный оборот и оказались лицом к лицу с тем, что он называет «трансмутация неѓалахического иудаизма в этическую культуру» - культуру, которая, хотя она и учитывает или восстанавливает некоторые вехи еврейской истории, процветает в форме вдохновленного евреями унитарианства и распространяется под радостно развивающимися американскими и канадскими знаменами в виде комфортной истэблишментарности среднего класса.
« Но какой бы ни была реформистская Ѓалаха, она не станет законом в традиционном смысле... После того как законы Торы утратили свое функциональное качество в нашем либеральном мире, понятие “Ѓалаха” как свод законов стало терять значение».
Гюнтер Плаут – бывший президент CCAR, крупный историк, ученый и представитель реформистского движения, принадлежащий к его умеренному, правоцентристскому (если не правому) спектру. Согласно Плауту, «среднестатистический еврей-реформист, так же как среднестатистический реформистский раввин, рассматривает любое упоминание Ѓалахи или ее эквивалента как выражение ортодоксальности или консерватизма…».
Плаут последовательно утверждает, что реформистское движение должно иметь некоторые нормативы, определенный «кодекс», регулирующий религиозную практику и касающийся избранных мицвот, обычаев и ритуалов. Но он тут же оговаривается, что любой подобный «кодекс» или «руководство» «должны в первую очередь строиться на фундаментальном принципе либерализма: чтобы индивидуум подходил ко всему комплексу мицвот и минѓагим [обычаи – прим. переводчика] в духе свободы и свободы выбора. Традиционно считается, что Израиль начал отсчет своей истории с харут – заповедей, высеченных на скрижалях, и это слово позже стало ассоциироваться со свободой [В Талмуде (Пиркей Авот, 6:2) сказано: "Прочитай слово "харут" как “херут” ("свобода")]. Реформистский еврей начинает с херут – свободы решать, что будет высечено на личных скрижалях его жизни». Плаут осознает, что либеральная анархия реформизма означает, что традиционные евреи «и члены команды корабля реформистских общин больше не говорят на одном и том же языке».
«Невозможно избежать ощущения, что реформистский иудаизм в его современной неѓалахической и даже антиѓалахической форме не содержит ключа к будущему всего еврейского народа. Если движение не сделает решительный разворот от своей постклассической радикальной позиции, его критики действительно могу оказаться правы: у него нет будущего…
Без возрождения ѓалахической составляющей реформистский иудаизм растворится в мелководье эйнхорновского этицизма. [Давид Эйнхорн (1809– 1879) – реформистский раввин, теолог, страстный сторонник идей реформизма. Отрицал значение для иудаизма и еврейского народа. Переехав в США, стал признанным лидером радикального течения в реформизме]. Даже если мы не будем заходить так далеко, как это сделал зять Эйнхорна Эмил Херш, убравший Сефер Тору из ковчега, то мы все равно приложим руку к хирургической операции по удалению самого сердца еврейского народа».
«Традиционная триада “Б г, Израиль и Тора” больше не работает в качестве базиса либерального консенсуса.
Что касается Торы, первые либералы исключили из нее Устный закон, а последующие – сократили ее почти до символического атрибута службы из-за того, что библейская критика способствовала эклектизму. Что касается Б га, реформистские евреи продолжают формальное прославление Его существования, но, когда дело доходит до нравственных или практических заповедей, в основном не признают за Ним непреодолимой силы. Сами заповеди были позже сокращены вследствие релятивизма и общей неспособности нашего движения понять «требование Б га» как нечто большее, чем философское понятие.
Кроме того, возможно, не будет ошибкой сказать, что все возрастающее число реформистских евреев вовсе не верит в Б га; многие из них не возьмутся отрицать Его существование, но просто откажутся всерьез принимать Его как силу, подчиняющую себе их жизнь. У меня нет точной статистики на этот счет, но я не удивлюсь, если выяснится, что более 50% всех реформистских евреев могут быть отнесены к деистам, если не к откровенным агностикам или даже атеистам. По этой причине, вызывающей мои глубочайшие сожаления, я полагаю жизненно важным разработать основу Ѓалахи, охватывающей эти важнейшие сегменты еврейского общества…».
С этим новым «иудаизмом, не связанным ни с Торой, и с Б гом», Плаут и его движение прошли полный оборот и оказались лицом к лицу с тем, что он называет «трансмутация неѓалахического иудаизма в этическую культуру» - культуру, которая, хотя она и учитывает или восстанавливает некоторые вехи еврейской истории, процветает в форме вдохновленного евреями унитарианства и распространяется под радостно развивающимися американскими и канадскими знаменами в виде комфортной истэблишментарности среднего класса.
« Но какой бы ни была реформистская Ѓалаха, она не станет законом в традиционном смысле... После того как законы Торы утратили свое функциональное качество в нашем либеральном мире, понятие “Ѓалаха” как свод законов стало терять значение».
