![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
nomen_nescioКажется, я это уже высказывал.
Известная история о смещении рабана Гамлиэля уже много раз плодотворно обсуждалась, например, здесь и здесь. В конце её говорится, что когда рабан Гамлиэль пришёл мириться с раби Йеѓошуа, он увидел, что основания (אשיתא) его дома черноваты (משחרן). Сказал он: "По стенам твоего дома можно подумать, что ты угольщик". Сказал ему раби Йеѓошуа: "Горе тому поколению, для которого ты кормилец! Ты не знаешь, чем живут и в какой скудости питаются мудрецы" (Брахот, 28а).
Раби Йеѓошуа, разумеется, не жёг уголь в доме, тем более что чёрен был не потолок, а основания стен. Дело в том, что "иерусалимский камень", израильский известняк, светло-песочного цвета, когда его только что раскололи, а за несколько лет темнеет до коричневого. Далее: дома в приморской низменности, где и расположен Явне (видимо, тогда р.Йеѓошуа не жил в далёком Пкиине), дольше семи лет не стояли, рассыпались: зыбкая почва, это сейчас осушили. Поэтому тёмный цвет камней стен говорит о том, что дом старый, а значит (дольше семи лет...) - ветхий, вот-вот упадёт. Раби Йеѓошуа очень беден.
Рабан Гамлиэль начинает разговор с того, что с порога делает раби Йеѓошуа (с которым он, между прочим, помириться пришёл!) замечание: неприлично мудрецу жить в таком неряшливом, коричневом, ветхом доме. Почему новый не строишь? Как в анекдоте: "Подаааайте, я не ел уже три дня!" "Ну, братан, так нельзя - три дня не есть, надо себя заставить..."
А раби Йеѓошуа отвечает: "Эх, сказал бы я, да промолчу! Тоже мне, глава поколения! Даже не знаешь, в каких условиях и в какой бедности живут твои коллеги-мудрецы, не говоря уж о народе! Правильно тебя сместили".
После этого рабан Гамлиэль начинает умолять о прощении, а раби Йеѓошуа соглашается простить его не ради него, а только ради чести отца, мученика рабана Шимона.
Известная история о смещении рабана Гамлиэля уже много раз плодотворно обсуждалась, например, здесь и здесь. В конце её говорится, что когда рабан Гамлиэль пришёл мириться с раби Йеѓошуа, он увидел, что основания (אשיתא) его дома черноваты (משחרן). Сказал он: "По стенам твоего дома можно подумать, что ты угольщик". Сказал ему раби Йеѓошуа: "Горе тому поколению, для которого ты кормилец! Ты не знаешь, чем живут и в какой скудости питаются мудрецы" (Брахот, 28а).
Раби Йеѓошуа, разумеется, не жёг уголь в доме, тем более что чёрен был не потолок, а основания стен. Дело в том, что "иерусалимский камень", израильский известняк, светло-песочного цвета, когда его только что раскололи, а за несколько лет темнеет до коричневого. Далее: дома в приморской низменности, где и расположен Явне (видимо, тогда р.Йеѓошуа не жил в далёком Пкиине), дольше семи лет не стояли, рассыпались: зыбкая почва, это сейчас осушили. Поэтому тёмный цвет камней стен говорит о том, что дом старый, а значит (дольше семи лет...) - ветхий, вот-вот упадёт. Раби Йеѓошуа очень беден.
Рабан Гамлиэль начинает разговор с того, что с порога делает раби Йеѓошуа (с которым он, между прочим, помириться пришёл!) замечание: неприлично мудрецу жить в таком неряшливом, коричневом, ветхом доме. Почему новый не строишь? Как в анекдоте: "Подаааайте, я не ел уже три дня!" "Ну, братан, так нельзя - три дня не есть, надо себя заставить..."
А раби Йеѓошуа отвечает: "Эх, сказал бы я, да промолчу! Тоже мне, глава поколения! Даже не знаешь, в каких условиях и в какой бедности живут твои коллеги-мудрецы, не говоря уж о народе! Правильно тебя сместили".
После этого рабан Гамлиэль начинает умолять о прощении, а раби Йеѓошуа соглашается простить его не ради него, а только ради чести отца, мученика рабана Шимона.
