О пользе лексической семантики

Кажется, я кое-что понял.
Как известно, один из основных поворотов в истории библейской теологии - это восприятие отношения Бога к жертвам и вообще к человеческому служению. Простой смысл Пятикнижия, ранних пророков и некоторых псалмов даёт возможность довольно приземлённого понимания: жертвы дают "приятное Богу благоухание" или вовсе являются Его "хлебом". Но уже в псалмах и у поздних пророков звучат другие ноты: "Разве ем Я мясо мощных быков и кровь козлов разве пью?... [Тем не менее] принеси жертву Богу и исполни обеты Всевышнему". А мидраши говорят однозначно: ""Благоухание" - это радость Святого, благословен Он, оттого, что Его воля исполняется".
Согласно библейской концепции Бог получает удовольствие от приносимого Ему, а по мидрашам Он радуется исполнению Его воли. Удовольствие - это положительная эмоция, вызванная полученным посредством одного из пяти чувств (проверьте это определение), а радость - это положительная эмоция, вызванная некоей мыслью или информацией.
Таким образом, мы можем свести теологию к семантике. Слава, слава Апресяну, слава добрым докторам!

(no subject)

Ах, отчего френдлента столь длинна?..

Семейство царя Давида, или О нелюбимом принце

По мотивам лекции рава Амнона Базака в ночь Шавуот

Почему Давид лежит в обнимку с Авишаг в первой главе Млахим-I, пока Адонияѓу завоёвывает популярность и помазывает сам себя на царство? Принятый ответ – потому что стар и слаб, и не может противостоять молодому пассионарному наследнику. Но когда к нему приходят один за другим Бат-Шева и Натан и напоминают царю, что он обещал назначить своим наследником Шломо – Давид преображается. Он отдаёт чёткие приказы, побуждает действовать быстро, Авишаг пропадает из повествования, и в следующей главе Давид очень толково даёт Шломо последние (они же первые) инструкции по началу царствования. Так в чём же было дело?
А вот в чём. Все знают, что Давид очень любил Авшалома – красивого, как отец, сильного, как отец, и умеющего завоевать популярность, как отец. Два таких медведя в одной берлоге не уместились, и Авшалом был убит. Но подрос Адония – во многом повторение Авшалома. Всё бы хорошо, его бы и в наследники, но тут сбоку болтается какой-то двенадцатилетний мальчик… сын Бат-Шевы. Живое напоминание о грехе.
Вспомним, почему Давид так плакал после смерти Авшалома и был так спокоен после смерти первого сына от Бат-Шевы. Потому что этот младенец был напоминанием о страшных грехах кровосмешения и убийства, да к тому же мамзером. На царство его венчать вряд ли можно, а что с ним делать? Лучше бы этому ублюдку умереть. И несчастный младенец умер. Однако Шломо жив и здоров, но не думаю, что Давид к нему очень хорошо относится – по той же причине. Шломо – один из немногих библейских героев с двумя именами от рождения, причём второе имя дано ему пророком – Йедидья, «милый друг Господа», как говорит пророк Натан, «потому что Бог его любит». Бог любит. А кто не любит? Не отец ли?
И к тому же возможно предположить простую ревность. Давид не удостоился построить Храм, только доски заготовил, хотя столько мучился и страдал ради него. А этот построит на всём готовеньком и назовёт Храм своим именем!
Вот и прикидывается царь Давид чайником, пока законный наследник и любимый сын Адония завоёвывает царство. И только вмешательство Бат-Шевы и Натана лишают его возможности притворяться. Давид признаёт Шломо наследником, венчает его – и этим завершает исправление греха с Бат-Шевой, завершает процесс раскаяния, открыто признаваясь во всём совершённом и не пряча следов.
(Дальше – уже мои измышления)
Но кое-что в душе всё же осталось. Зачем Давид даёт Шломо инструкции, кому и как мстить? Вообще-то если бы эти люди были повинны смерти, Давид давно казнил бы их, и по закону Торы, и по царскому закону. Сказать, что не хочет – нельзя, вон как долго помнит Давид их вину. Значит, не может. Слишком влиятельные люди Йоав и Эвьятар, да и Шими в колене Биньямина не последний человек. А Давид поручает двенадцатилетнему мальчугану отомстить тем, на кого сам – герой, любимец народа, пятьдесят лет войн за плечами – не осмеливается поднять руку!
Мне в этом слышится некоторое «хе-хе». Дескать, ладно, обстоятельства помешали мне воцарить любимого Адонияѓу и заставили отдать с таким трудом завоёванный престол тебе, мальчишка, только что ушедший от мамок и нянек, ещё не мужчина, с которым у меня нет душевной близости – не успела и не могла образоваться. Так послушай, что за хозяйство я тебе оставляю, не обрадуешься. Посмотрим, посмотрим, как ты справишься! А тут ещё Адонияѓу себе Авишаг в жёны потребует, и уж тогда по праву ложа он тебя скинет с престола, вот и клятва моя не будет нарушена, и воля моя будет исполнена!

(no subject)

Интересно, что Моше и Йеѓошуа по-разному подают сигнал к атаке. Моше поднимает обе руки, а Йеѓошуа - одну руку с мечом. Может быть, дело в том, что Моше воспитывался во дворце фараона, а в египетской армии сигналом к атаке были поднятые руки фараона, который меча при этом не брал, стоя на колеснице с луком?

(no subject)

Когда я был в Москве, я пошёл на концерт в Колонный зал дома Союзов. Смотрю - тротуар оцеплен, внутри менты. Сижу на галерее, слушаю Новосибирский симфонический оркестр, фантастически исполнивший Кармен-сюиту, смотрю на большой экран - и вдруг вижу на экране дедушку Ленина дядю Путина. Посмотрел вниз - так и есть, сидит у прохода, лысиной сверкает, в окружении жены и охранников.
Спрашивается: о чём я пожалел в этот момент?